Эмма придвинула к себе свою деловую записную книжку и уточнила, когда она обедает с Эмили, сестрой Александра.
Эмили должна появиться в час.
Когда Эмили позвонила Эмме в начале недели и сказала, что хотела бы обсудить с ней одну важную проблему, это прозвучало немного загадочно. Но для Эммы загадки здесь не было. Она знала, и давно, что это за проблема. Единственное, что ее удивляло, – так это то, что внучка не захотела обсудить эту проблему раньше. Эмма подняла голову и задумалась, глядя в пространство перед собой, потом нахмурилась. Две недели назад она решила, как поступить с Эмили, и была убеждена, что решение это правильное. Но согласится ли та? «Должна согласиться, – мысленно ответила она себе. – Девушка поймет, что это разумное решение, я уверена». И взгляд ее снова вернулся к странице, на которой был открыт деловой дневник.
Ближе к вечеру заглянет Пола.
Они с Полой должны обсудить планы относительно компании Кроссов. «Если Пола сумеет справиться с этим делом и успешно завершит переговоры, тогда появится у меня та трудная и нелегкая задача, о которой я мечтаю,» – подумала Эмма. Она взялась за баланс компании «Эйр коммюникейшнс», принадлежащей Кроссам, и на лице ее появилось привычное решительное выражение. Финансовые показатели деятельности компании были просто катастрофические. И даже если отбросить в сторону финансовые сложности, у компании масса других проблем, кажущихся просто неразрешимыми. Но Пола считает, что справиться с ними можно. Она наметила план – очень простой, но в то же время настолько логически безупречный, что Эмма восприняла его с любопытством и восхищением одновременно.
«Бабушка, давай купим эту компанию, – предложила ей Пола несколько недель назад. – Я понимаю, что «Эйр коммюникейшнс», судя по всему, стоит на грани краха. Это действительно так. Но виной всему плохое управление компанией и ее нынешняя структура. Она занимается буквально всем, хватается за все подряд. В ней слишком много самостоятельных подразделений. И те, что прибыльны, не могут по-настоящему развиваться и процветать, потому что на их шее сидят убыточные подразделения, которые им приходится тянуть». Тогда-то Пола и рассказала ей о своем плане – подробно, шаг за шагом. Эмма сразу же уяснила для себя, как в короткий срок можно исправить положение в «Эйр коммюникейшнс». Она поручила внучке начать переговоры немедленно.
Как же ей хотелось заполучить эту компанию! Возможно, ей это удастся, и даже очень скоро. Эмма была убеждена, что никто не сможет провести переговоры с Джоном Кроссом и его сыном Себастьяном лучше, чем Пола. Пола научилась жестко вести переговоры, видеть партнера насквозь. От былой нерешительности не осталось и следа, а что касалось быстрой реакции и деловой хватки – и того, и другого ей было не занимать.
Эмма еще раз взглянула на часы, ей захотелось позвонить Поле в Лидс (она еще могла застать ее в универмаге) и дать ей последние напутствия, как лучше вести переговоры с Джоном Кроссом, но она сдержала этот порыв. Пола доказала, что она уже прочно стоит на ногах, и Эмма не хотела, чтобы внучка думала, что она проверяет каждый ее шаг.
Зазвонил телефон. Эмма сняла трубку:
– Алло?
– Тетя Эмма? Это я, Шейн. Как поживаете?
– Шейн, до чего же приятно слышать твой голос! Спасибо, у меня все хорошо. У тебя, судя по голосу, тоже неплохо? Очень рада буду увидеть тебя завтра на крестинах. – Говоря это, она сняла очки, положила их на письменный стол и откинулась на спинку стула.
– Я надеюсь встретиться с вами раньше, тетя Эмма. Не согласитесь ли вы выйти в свет сегодня вечером с двумя любящими поразвлечься холостяками?
– И кто же второй любящий поразвлечься холостяк? – Эмма весело рассмеялась.
– Дед, конечно. Кто же еще?
– Это он-то любящий поразвлечься! Если хочешь знать, он скоро будет настоящим старым домоседом.
– Ну, этого я бы не сказал, дорогая моя, – пророкотал в телефон Блэки, отобравший трубку у внука. – С тобой-то мы еще ого-го как могли бы поразвлечься, если бы ты дала мне хоть малейшую возможность.
– В этом-то я не сомневаюсь, дорогой мой, – ответила Эмма с улыбкой, чувствуя, как, откликаясь на его слова, в душе поднимается теплая волна… – Но боюсь, что сегодня тебе такой возможности не представится. Не могу принять твое предложение, дорогой Блэки. Сегодня вечером приезжают некоторые члены моего семейства, и мне нужно быть здесь.
– Нет, – властно перебил ее Блэки. – С ними ты можешь встретиться завтра. Ну же, дорогуша, не отказывай мне, – уговаривал он ее. – Помимо того, что я жажду насладиться твоим приятным обществом, мне очень нужен твой совет по одному важному делу.
Эмму слегка удивило это заявление. Блэки уже отошел от дел и передал управление своими компаниями сыну Брайану и Шейну. В ней проснулось вполне понятное любопытство.
– И что это за дело?
– Я не хотел бы обсуждать это по телефону, Эмма, – слегка укоризненно сказал Блэки. – Не все еще настолько готово и продумано, чтобы можно было решить дело в считанные минуты. Нужно поговорить, обсудить, повертеть-покрутить, разобраться кое в чем. Я думаю, это лучше всего сделать за хорошим ужином и за стаканчиком доброго ирландского виски.
Эмма слегка усмехнулась. Она не была уверена, что этот деловой вопрос действительно важен, но тем не менее склонялась к тому, чтобы согласиться.
– Пожалуй, я и правда могу бросить их тут развлекаться одних. Откровенно говоря, ничего приятного я от этого вечера не жду. Даже когда Дэзи и Дэвид рядом cо мной, перспектива полного семейного сбора не слишком-то соблазнительна. Решено: я принимаю твое приглашение. Куда же ты и твой бравый внук собираетесь повести меня? Выход в свет в Лидсе – это звучит не слишком обнадеживающе.
Засмеявшись, Блэки согласился, но успокоил ее:
– Не беспокойся, мы что-нибудь придумаем. Обещаю, что ты не будешь скучать.
– Хорошо. Во сколько?
– Шейн заедет за тобой около шести. Не возражаешь, дорогая моя?
– Нет. Все замечательно.
– Ну и хорошо. Да, вот еще что, Эмма…
– Что, Блэки?
– Ты не подумала о моем маленьком славненьком предложеньице?
– Да, подумала. И очень сомневаюсь в отношении его осуществимости.
– Ага, значит, после всех этих лет ты по-прежнему осталась Эммой, которая ни во что не верит. Понятно. Ну что ж, мы можем обсудить сегодня вечером и это тоже. Возможно, мне все-таки удастся тебя убедить.
– Может быть, – тихо проговорила она, вешая трубку.
Эмма откинулась на спинку стула и задумалась о Блэки О'Ниле. Тень улыбки промелькнула в ее глазах. Когда он впервые назвал ее так? В 1904-м или в 1905-м? Она уже не помнит точно. И с тех пор, вот уже шестьдесят пять лет, Блэки – ее самый верный и близкий друг. Всю жизнь. Всегда рядом, когда он ей нужен. Верный, преданный, любящий. Всегда готовый помочь. Вместе они прошли почти через все выпавшие им в жизни испытания; поддерживали друг друга в минуты тяжких потерь и поражений; помогали друг другу пережить боль и страдания; радовались победам и удачам друг друга. Все, с кем они начинали жизнь, уже ушли – их осталось только двое, и они были теперь близки как никогда, почти неразлучны. Трудно представить себе, как она могла бы пережить, если с ним вдруг что-то случилось. Она решительно отогнала эти неприятные мысли. Нельзя им поддаваться. Блэки – старый боевой конь, точно так же, как и она – старая боевая лошадка. И хотя ему уже восемьдесят три, у него еще огромный запас жизнелюбия и жизненных сил. «Но никто не может жить вечно», – подумала она, испытывая смутный страх и в то же время признавая неизбежное. В их преклонном возрасте смерть – это реальность, с которой не поспоришь, и мысль о скором уходе из жизни привычна, хотя и не слишком приятна.
В дверь постучали.
Вошел Александр. Это был красивый, высокий, стройный, хорошо сложенный мужчина. Он был смугл и темноволос – в мать, с такими же, как у нее, большими светло-голубыми глазами. Но выражение его лица – серьезное и немного замкнутое – делало его старше двадцати пяти лет, придавало солидность. На нем был хорошо сшитый темно-серый костюм с белой рубашкой и темно-вишневым шелковым галстуком, и вся одежда подчеркивала основательность его характера.
